Перевернутый автобус(отрывок из книги «As I Am»)
Мне довелось объехать весь мир - то, о чем мечтают многие люди. Однако путешествия для меня означали не совсем то, чем они были бы для большинства других людей. У меня они не связывались с необычными приключениями, новыми местами, запахами, неожиданными волнующими встречами и интересными, задушевными разговорами, которые так часто возникают, когда ты сидишь рядом с человеком в кресле самолета на высоте десяти тысяч футов.
*** Это была тяжелая работа, высокий темп, натянутые нервы, плотное расписание, все, чего требуют от тебя концерты; тысячи фанатов, воодушевленных, но очень часто слишком напористых; внимание и бесконечные, неизбежно патетические вечеринки после концертов. На первый взгляд, путешествия были чудесными: разумеется, мы всегда летали только первым классом, нас подвозили в лимузинах с тонированными стеклами, нас селили в дорогие отели с их исключительными «люксами», мраморными ванными комнатами, огромными, как обычная однокомнатная квартира, забитыми барами и великолепными букетами цветов. Однако, когда мы оказывались в этих экстравагантных роскошных номерах, мы были настолько измотаны работой, встречами, всеми разговорами после концерта, что нам было не до этой роскоши. Мы часто задыхались от лести, в самом хорошем смысле слова, но лести, которая оставляла лишь неопределенное чувство опустошенности... У нас бывало немного свободного времени, чтобы осмотреть город, в котором мы находились, прочувствовать дух того места, ознакомиться с достопримечательностями, послушать музыку или получить представление о местной кухне. В основном то, что мы видели, были аэропорты, теле- и радиостанции, студии, где у нас брали интервью, и концертные залы. За 10 лет с АВВА мы не отменили, наверное, ни одной пресс-конференции и всего лишь два концерта. В магазины я отправлялась в основном за новыми костюмами для сцены или за подарками детям. Иногда находила что-то, что симпатично выглядело и мило на мне сидело - тогда можно было позволить себе удовольствие не смотреть на ценник. Когда промо-тур для «Wrap Your Arms Around Me» подошел к концу, мы отправились из Лондона домой в специально оборудованном для турне автобусе. С тех пор как в турне АВВА '79 года мы оказались так близко от авиакатастрофы, мне было сложно заставить себя лететь. Наш маленький частный самолетик попал в жестокий шторм с грозой. Горючее практически закончилось, а аэропорт, куда мы летели, был вне пределов видимости. Я была уверена, что мы разобьемся, но пилотам чудом, в последние минуты, удалось посадить самолет. Любой, кому довелось пройти через подобное, знает, что значит страх. Это остается с вами, даже если вы вновь заставляете себя сесть в самолет. С тех пор я избегала полетов, когда только могла. Я много раз пыталась справиться с собой, но мне до сих пор не удалось. К сожалению, я всегда чувствовала дискомфорт перед полетом, не смотря на все системы безопасности и статистику, говорящую в пользу полетов. Мне всегда удавалось решить проблему с помощью автобусов, машин, поездов или кораблей. За весь промо-тур '83 года я летела только один раз, в Штаты. Поздним вечером 1 октября, после заключительного телешоу на ВВС, все участники турне ужинали в моем номере. Мы все одновременно болтали, шутили, чокались, радуясь, что шоу прошло успешно, и все, что нам осталось - это добраться домой. В самый последний момент было решено, что Брита Оман, которая была в Лондоне вместе с нами, не полетит, как думала раньше, а поедет вместе со мной на автобусе. После ужина мы были счастливы наконец-то сесть в автобус в Дорчестере: наконец-то все дела были закончены, и можно было ехать домой. Автобус был очень комфортабельный, оборудованный телевизором и видео, с кучей цветов и фруктов на борту. Сзади мы могли спать. Два водителя работали по очереди. Мы чувствовали себя в полной безопасности, о нас отлично заботились - сами посудите, какой приятный вариант путешествия. Мы проехали Германию и Голландию без малейшей задержки. Вечером 2 октября мы направлялись в Сконе (Skåne). Было темно, шел дождь, на равнинах Сконе лежал густой туман. Но, несмотря на все это, мне было так приятно снова оказаться в Швеции, и я так ждала того момента, когда снова увижу родной Йончепинг. Мы собирались там поужинать, и я могла бы без помех, сколь угодно долго говорить по телефону с детьми, которые остались в Лондоне с Бьорном. Я прилегла отдохнуть перед ужином и пролистывала еженедельники, которые мы захватили в Швеции. Мне было очень приятно видеть, что все до единой статьи, где упоминалось мое имя, были положительными - ни единой хоть немного нелепой истории. А потом был сильный удар. Автобус вдруг начало швырять из стороны в сторону, раздался визг тормозов и пронзительные крики. Меня швырнуло головой обо что-то. В какой-то ужасный момент я осознала, что мы попали в аварию. Сзади мне ничего не было видно, но я помню последний сильный удар, когда автобус перевернулся, и его потащило по дороге, звук разлетающихся стекол. Я вцепилась в матрас, на котором сидела, и инстинктивно притянула колени, чтобы защитить лицо. А потом все вокруг стало темным. Придя в себя, я обнаружила, что нахожусь в кювете. Меня выбросило через заднее стекло автобуса. К счастью, матрас достаточно защитил. Первой мыслью было «Господи, спасибо, жива». Потом я услышала, как Брита, надрываясь, снова и снова зовет меня. Я не могла ей ответить, я просто была не в состоянии говорить. В тот момент, как я услышал ее голос, я поняла, что она тоже жива. Потом я обнаружила, что перевернутый автобус нависает как раз надо мной под довольно рискованным углом. Я подумала о том, что он запросто может свалиться на меня. К тому же, он дымился, что вполне могло означать последующиц взрыв. Поэтому я вцепилась ногтями в землю, поднялась и потащилась к автостраде. Все остальные были там. Я никогда не забуду, как мы стояли на подгибающихся ногах в кружочке, поддерживая друг друга, не в состоянии сказать ни слова, благодарные за то, что выжили. Водитель ехал слишом быстро. Когда вдруг перед ним возникли красные огни, предупреждающие о дорожных работах, он ударил по тормозам. Из трейлера, затормозившего на красный свет, текло масло. Автобус неумолимо понесло на встречную полосу. Мы пролетели буквально на волосок от трейлера, а потом автобус развернуло, и он перевернулся. Всего в нескольких метрах от того места был высокий виадук. Если бы все это произошло там, автобус полетел бы через ограждения с огромной высоты прямо на проходящую внизу дорогу. О нас позаботилась старенькая леди, жившая в домике недалеко от дороги. Пожарные машины, эвакуаторы и скорая приехали очень быстро. «Если вы верите в чудеса, вот вам вполне подходящий пример», - сказал один из спасателей. Никто из них не мог понять, как мы умудрились выжить, когда они увидели наш искореженный, перевернутый, дымящийся автобус. Бригада скорой помощи была совершенно чудесной, они работали так быстро, спокойно и профессионально. И их потрясающий «юмор висельников» был очень кстати, развеяв хоть немного ужасную атмосферу. Водитель и менеджер тура отделались легкими ушибами, нас с Бритой забрали в отделение неотложной помощи в госпиталь Анхельхольма, где нас отдали в руки довольно высокомерного и самонадеянного юного доктора, отнюдь не баловавшего нас заботливостью. Весь остальной персонал больницы отлично делал свою работу, но за нами постоянно охотились злобные фотографы, не отстававшие от нас даже в стенах больницы. Для меня было большим сюрпризом, когда в палате, куда нас отправили, чтобы сделать рентген, меня встретил вовсе не рентгенолог, а газетный фотограф. Пришлось срочно натягивать на голову простынку, пока медсестры встали вокруг меня, чтоб хоть немного прикрыть от камеры. Новости об аварии быстро разлетелись по стране и даже за ее пределами. Вход в больницу немедленно заполонили журналисты и фотографы. Несчастные доктора приходили ко мне и спрашивали, что им делать, как будто я в таком состоянии могла им чем-то помочь. Ночь мы провели в отделении интенсивной терапии. Я снова и снова повторяла, как счастлива, что мы все остались в живых. Я смеялась, вытаскивая осколки стекла из рук и волос. Было одновременно абсурдно и смешно думать о том, что произошло на лондонском Late, Late Breakfast Show... 
Говорят, что в критических ситуациях человек показывает свое истинное лицо. Я могу быть абсолютно спокойной, когда что-то происходит, но переживать и плакать, когда все заканчивается. К счастью, я также могу увидеть и смешные стороны в конкретных ситуациях. Это делает жизнь легче.
Доктор выдал нам только больничный на неделю, несмотря на заключение и остальные довольно серьезные травмы, которые даже как следует не определили. Рано утром на следующий день нас отправили домой в Стокгольм, даже не дав соответствующих указаний или советов. И мы оказались в лимузине, шокированные, бледные, с раскалывающейся головой и снова на дороге. Мне на шею надели корсет. Я была тогда очень задумчивой. Эта авария, несомненно, была еще одним препятствием, которое нужно было преодолеть. Я не знала, смогу ли теперь сесть за руль. Однако вскоре по возвращении домой я заставила себя это сделать - все было в порядке. Разумеется, дома в Линдиго меня встретила толпа репортеров и фотографов. Заголовки газет больше не были дружелюбными. Они были черны как ночь: преобладали фотографии перевернутого автобуса. Согласно еженедельникам и их небольшой мыльной опере про меня, я потеряла ребенка. ***
Соавтор книги - Брита Оман (Brita Åhman)
|